Ох, не велит народный опыт
Влюбляться в длинных и худых:
Их не обнять и не похлопать,
Повёлся с ними — жди беды.

Но этой истине старинной
Наш брат цены не придаёт —
Едва завидит стан осиный
И – вперёд, вперёд, вперёд!

Ах, эта талия легко
Пройдёт в игольное ушко,
И, словно трепетный огонь,
Змеится узкая ладонь!

О, эта дьявольская стать
Способна сердце растерзать,
И оттого лишь веселей,
Что не поможет сердцу клей!

Молва народная толстушек
Песочит так, что боже мой!
Они в объятьях, мол, удушат
И пустят по миру с сумой.

Но этой истине старинной
Наш брат цены не придаёт —
Едва узрит покрепче спину
И – вперёд, вперёд, вперёд!

Ах, эти круглые бока,
Точь-в-точь шампанского бокал!
Румяных щёк лесной пожар,
Простор души, туземный шарм!

О, эта дьявольская плоть
Способна сердце расколоть,
И оттого лишь веселей,
Что не поможет сердцу клей!

Бежать учёных вертихвосток —
Народной мудрости завет,
От них порой дуреешь просто,
Часок послушал и – привет.

Но этой истине старинной
Наш брат цены не придаёт —
Едва заслышит голос дивный
И – вперёд, вперёд, вперёд.

Ах, этот звонкий нервный смех  —
Залог немыслимых утех,
И как живительный ручей
Поток бессмысленных речей!

О, эта дьявольская прыть
Способна сердце раздробить,
И оттого лишь веселей,
Что не поможет сердцу клей!

Клеим
Похвальбой и елеем,
Сил и средств не жалеем,
Но расходятся швы,
Ах, увы!
   Ах, увы!
       Ах, увы!

От неразумного хазара
До образованных волхвов —
Все соглашаются, что старость
Недурно б встретить без грехов.

Но этой истине старинной
Наш брат цены не придаёт —
Смахнёт с макушки паутину
И – вперёд, вперёд, вперёд!